Про обезьян и большую стирку

В апреле смотрел шоу Малахова “Пусть говорят”. Передача была посвящена, как всегда кретинам, а в данном конкретном случае всё вертелось вокруг малолетней 15 летней дуры. Дура в месте с папашей-олигафреном подала в суд на Министерство образования! Суть иска была так же тупа, как и извращённый наследственностью дебилов – интеллект.

А именно. Семья дебилов хочет переписать школьный учебник биологии.
По их мнению существующий — ущемляет права детей «на свободу выбора мировоззрения»:

В школе нас заставляют учить теорию Дарвина. Но я считаю, что она спорна и не доказывает, что человек произошел от обезьяны, — сказала Маша и погладила связку бананов, которую ее папа привез специально для раздачи журналистам.

Ей богу, ничто так сильно не подтверждает теорию Дарвина, как заумные рассуждения малолеток о высоких материях.

Короче, когда этих обезьян показывали по центральному телевидению, я не мог пропустить этот цирк. p>

Приступив к работе понял, что задолбаюсь всё вспоминать и описывать. К моему счастью, друзья скинули практически стенограмму той передачи с правильными, адекватными комментариями ко всему в ней происходящему (не одного меня вывели из себя умозаключения откровенно больных людей). Кому интересно читаем дальше и думаем

Несколько часов назад закончилась программа Малахова «Пусть говорят» на первом канале ТВ. Передача была про наш отечественный обезьяний процесс. Я выключил телевизор, выпил рюмку водки и сел придумывать культурное (в смысле – без мата) название для всего увиденного и услышанного. Это было не просто – но я, как видите, справился. А теперь, расскажу, что там было.

Посреди телестудии сидит Маша — толстенький подросток женского пола. На не обезображенном интеллектом личике – нескрываемое самодовольство: вот что я отмочило, вот сколько взрослых серьезных дядь и теть обратили на меня внимание, а сколько телезрителей… вообще отпад, подружки удавятся от зависти…
Малахов с обычным понтом объявляет, что вот это юное создание (учащееся в десятом классе), не побоялось бросить вызов науке, а конкретно – теории Дарвина.
Создание отбарабанивает, что теория Дарвина о происхождении человека от обезьяны, не может быть единственно верной, есть и другие теории. Получив наводящий вопрос, создание скромно добавляет, что оно – верующее, и готово отстаивать в суде свое право на альтернативные представления о чем-то там.

С мест слышно какое-то бессвязное сюсюканье про душу и религию.

Ведущий обращается к папе Маши – Кириллу Шрайберу. Тот надут от гордости едва ли не сильнее, чем его дитятко. Еще бы, вот только месяц назад общество разговаривало с ним лаконичными объявлениями на дверях офисов «собакам и рекламным агентам вход воспрещен», а тут он оказался востребованным, он – звезда экрана, его дебильное лицо видят телезрители, они с замиранием сердца ждут, что он изречет им нечто.

И Шрайбер изрекает примерно, следующее: теория происхождения жизни и теория эволюции – полная фигня, ученые нас обманывают, а в школе надо преподавать не только эту самую эволюцию, а еще и креационизм, т.е. сотворение всего-всего по библии.

С места спрашивают: девочка Маша, а что ты вообще предлагаешь?

Вопрос запланирован – Маша отбарабанивает, что теория Дарвина о происхождении жизни и человека ограничена, что она хочет знать больше, и что учительница биологии ее, Машу, в этом поддерживает.

Милая интеллигентная дама – директор музея Дарвина, замечает, между прочим, что уж происхождением жизни Дарвин точно никогда не занимался. Ее не слышат. Большинство присутствующих воспринимает Дарвина, как символическую фигуру, олицетворяющую все проклятые учения безбожных материалистов.

На фоне всякой ерунды, Малахов задает сидящему в первых рядах Сергею Мазаеву (в рок-н-ролльных кругах известному, как Мазай), вопрос: согласен ли Сергей, что он произошел от обезьяны.
Мазай, человек на редкость здравомыслящий, спокойно и уверенно отвечает, что согласен.

Возникает заминка.
Девочка Маша лепечет заученное «мы имеем право знать больше…»
Тут слово берет «отец» (в смысле – православный поп) Артемий. На вопрос Малахова есть ли в этом деле заказ, поп отвечает, что заказ есть, но как бы в хорошем смысле. Мол, мы живем во времена смены парадигм (во какое слово выучил!) и это новое время есть переход от мировоззрения зверочеловечества к мировоззрению богочеловечества.

Член корреспондент РАН Абрамов, которому происходящее явно кажется дурным сном, обращается к девочке Маше с замечанием, что за ее «альтернативой» нет никакой науки, а есть каких-то 15 строк библии и все. Затем он отвечает на высокопарную реплику попа Артемия, что да, похоже, мы живем в новое время: эпоху отрицания здравого смысла.

Тут в зале вскакивает какая-то певичка с обширными формами и начинает бурно сетовать, что присутствующие, видно, и впрямь произошли от обезьян, потому что обижают маленькую девочку (хотя несовершеннолетнюю дурочку еще пока никто не трогал). Видимо, певичка перепутала и стала произносить слова заготовленной роли раньше времени. Дальше она, путаясь в риторике, слишком сложной для ее центрального процессора, говорит, что де мы вот так и будем происходить от обезьян, если не научимся слышать друг друга. Сбившись с плохо выученного текста, она тушуется и заканчивает в том смысле, что надо вообще смотреть шире. Куда и как шире – непонятно.

Следующим выступает биолог и писатель Кирилл Еськов. Он задает девочке Маше резонный вопрос: а она вообще знает, о чем теория Дарвина? Девочка Маша говорит, что, типа, читала. Еськов сообщает ей, что Дарвин говорил не о происхождении человека от обезьяны, а о происхождении видов. И если следовать дарвинизму, то можно говорить о происхождении вида Homo Sapiens от обезьян, но не человека, как того существа, в которое бог вложил бессмертную душу. Дальше Еськов (по-моему совершенно напрасно) начинает излагать схему, по которой римско-католическая церковь примирила свое догматическое учение с теорией эволюции.

Ведущий прерывает его и передает слово папаше Шрайберу. Тот цитирует из учебника биологии кусок о происхождении жизни около 3 миллиардов лет назад, и заявляет, что никому, типа, не известно, как и когда произошла жизнь. Он не приводит ни одного аргумента, а просто лопочет всякие — разные слова. Растерялся, глупенький.

После него берет слово известное в узких политических кругах оккультно-фашистское трепло — Александр Дугин. Оно пришло сюда просто поторговать лицом и поагитировать против здравого смысла, так что речь трепла состоит из сплошной ахинеи. Трепло извергает поток сознания о том, что кроме «так называемой науки» и теории эволюции, есть научная теория Ламарка, в которой эволюции нет, и вообще есть религиозные теории православия, католицизма, ислама, иудаизма, где тоже нет эволюции.
На возмущенные реплики с места, что теория Ламарка была в чистом виде эволюционной (на самом деле, Ламарк был основателем эволюционизма), трепло никак не реагировало. Я вообще сомневаюсь, что оно понимает смысл слов «теория» и «эволюция».

После Дугина и рекламной паузы, объявляют показ фотографий про нечистую силу. Появляется неадекватная супружеская парочка, и слайды с пятнами от солнечных бликов. Парочка бредит на тему этих слайдов, чем выводит из себя Мазая.

Мазай встает и говорит единственную достойную речь на этом шоу уродов.
Напомнив собравшимся, что передача вообще-то про эволюцию и школу, а не про всякую фигню на испорченных снимках, он переходит к сути дела. Суть, говорит Мазай, в том, что у нас выпускники школы ни фига не знают. Вот, девочка Маша, к примеру. Надо на второй год оставлять, если с первого раза не могут выучить. Нельзя выпускать из школы дебилов. Как они будут жить во взрослой жизни?

Видимо, на такой случай и была заготовлена речь крупноформатной певички, но эта речь уже была потрачена, так что девочка Маша оказывается один на один с топорной, но вполне объективной оценкой Мазая.
Тогда она применяет прием «а ну-ка обидь меня» и спрашивает: Вы назвали меня дебилкой? Вы сказали, что меня надо оставлять на второй год?

Будь на месте Мазая какой-нибудь ученый-гуманист, он бы растерялся от такого в лоб заданного вопроса, но Мазай – это совсем другое дело. В его лице шрайберы получили самое неудачное сочетание: образованный и умный человек, начисто лишенный сопливой политкорректности, а потому склонный называть вещи своими именами.
И на вопрос Маши Мазай твердо отвечает «да», а затем (также вполне обоснованно) добавляет, что Маше неплохо бы еще физкультурой заняться.

Юному толстому существу остается только одно – устроить истерику, истечь слезами и зареветь белугой, чтобы спровоцировать своих братьев по разуму (вернее, по отсутствию такового) на коллективную травлю Мазая.
Дебилов в зале достаточно, так что Мазая подвергают остракизму.

Ведущему надо оперативно ликвидировать последствия ядерной вспышки здравого смысла, разрушительные для православно-дегенеративной концепции передачи.
Он объявляет перерыв для демонстрации следующего идиотского материала.

Появляются два престарелых кретина, как сказано, из комиссии по аномальным явлениям русского географического общества при российской академии наук. Они рассказывают про научные доказательства изгнания бесов в православных храмах – типа, бесы были засечены специальной аппаратурой — а потом переходят к мироточащим иконам и благодатному огню. Санитаров в студии нет, так что «русские географы» устраивают манифестацию типичной белой горячки без всякой опаски, что вот сейчас скрутят сзади рукава и экстренно госпитализируют.
Что до их целевой аудитории – то тем и пить не надо, разве что для запаха, поскольку дури своей хватает. Свою порцию бреда добавляет поп Артемий, говоря, что отдельным присутствующим в студии безбожникам доказывать что-либо бесполезно, а вообще-то бог в доказательствах не нуждается, потому что он – есть.

Некоторое время слышны реплики «бог есть» и «бога нет».
Затем слово берет член корреспондент РАН Абрамов. Он популярно объясняет, что типы из русского географического общества — просто жулье, материалы их – чистая лажа, а их выступление (и вообще то, что происходит в студии) – это торжество мракобесия. Правда, для политкорректности, он добавляет, что наука и вера не противоречат друг другу.
Этот пункт показывает, почему просто образованный рокер может принести делу защиты здравого смысла в такой студии гораздо больше пользы, чем очень-очень образованный, но (вот беда) гуманистично-политкорректный член-корреспондент РАН.

Тем не менее, даже после такой сравнительно мягкой вспышки научного подхода, клерикал-дегенераты опять чувствуют себе неуютно, и ведущий организует им следующее подкрепление.

В студии появляется некто Федоров. Все классические признаки маразма написаны у него на лице, а с первых же его слов становится ясным – это случай не бытовой, а клинический. Но санитаров, как я уже сказал, в студии нет – и этот больной начинает громко юродствовать по поводу того, что «довели ребенка, ребенок плачет».

Имеется в виду девочка Маша, которая, заметив, что о ней опять вспомнили, от тихого плача переходит к реву белугой: «я – ребенок, вы меня унижаете, вы все произошли от обезьяны».

На последнюю ее реплику отвечает Мазай: «Да. Я – от лысой обезьяны, а вы – от лохматой» (надо сказать, что прическа у Мазая a la бильярдный шар).
В студии – смешки, кто-то вполне разумно замечает, что когда Маша вырастет, ей будет очень стыдно за всю эту фигню.
Потом дегенеративное большинство снова подвергает Мазая остракизму.

Тем временем маразматик Федоров начинает системно бредить о том, как его ребенка завербовали в секту и зазомбировали.
По ходу дела выясняется, что «ребенок» — это вполне взрослая женщина с двумя детьми, причем на предъявленной фотографии (с младшим ребенком) она выглядит… Ну что тут объяснять? Просто как улыбающаяся симпатичная молодая женщина. Ребенок выглядит просто как нормальный ребенок.
Совершенно игнорируя комментарии из студии, Федоров гонит пургу о том, как раскаялся в своем атеизме, как дети гибнут без поддержки православия и завлекаются в секты из-за того, что не были введены в православную церковь. Попутно оказывается, что атеист он фальшивый, что дочь была крещена в православие «как положено (согласно Федорову) всем русским людям». В ответ на недоуменные вопросы с мест, он разражается длинным покаянным монологом, что, будучи зомбирован атеистической системой, не придавал должного значения духовному воспитанию дочери в духе традиционного православия. Затем начинается рассказ про то, как секта воздействует на психику и вербует с помощью химических веществ, содержащихся в чае. Название секты он не сообщает, но излагает сектантское учение «о том, что идет суд, и все, кто не в секте, будут уничтожены».

Православный дегенерат… пардон, депутат государственной думы от фашистской партии «Родина» Андрей Савельев вставил какую-то чушь про бесов, которые активизировались после советской власти.
Для справки: партия «Родина» снята в прошлом году с выборов в московскую городскую думу по решению суда за агитационный видеоролик нацистского содержания.

Поп Артемий делает озабоченное лицо и поддакивает – что дети, прежде чем реализовывать свободу совести , должны быть всесторонне ознакомлены с «нашей исконной православной верой».

Трепло Дугин переводит дело в политическую плоскость: «надо вводить в школе основы православной культуры, чтобы не было лжеучений».
Кому как, а мне было забавно слышать о «православной культуре» и о «лжеучениях» от Дугина, который за последние 15 лет последовательно пропагандировал чуть ли не все известные формы политического мистицизма фашистского толка, включая гитлеризм, и побывал в альянсах практически со всей нацистской сволочью, которая только появлялась в постсоветском политическом поле.

Появляется еще одно юное существо по имени Оля (видимо одноклассница Маши). Мечтательно глядя в камеру, она утешает плачущую Машу и рассказывает зрителям «Никто не знает ,откуда мы произошли, это тайна. Маша верно поставила вопрос. Надо преподавать и теорию Дарвина и библию».
Произнеся хорошо заученную речь, Оля исчезает под восторженное сюсюканье клерикально-ориентированных дебилов. Весьма во время, чтобы не попасть под колбасу, поскольку слово берет интеллигентная дама – директор музея Дарвина.

Интеллигентная дама не на шутку возмущена: «Какая тайна? Есть раскопки, есть факты. В школе надо преподавать данные науки!»

Ведущий прерывает ее и дает слово папаше Шрайберу.

У того в начале случается припадок совершенно идиотского самооправдания: «я не лишал ребенка детства, Маша получит урок борьбы». Что за борьба такая, осталось непонятным, а вот что у подростка от этих игр в великомученицу уже основательно потек чердак, видно невооруженным глазом. Тем временем, папаша Шрайбер начинает обобщать: «Сейчас травят наших детей, травят сектами, травят ложными теориями, это ложь, это непроверенные данные…»

Видя, что у пассажира опять заело пластинку, Малахов по — быстрому меняет декорации, лепит какую-то полную фигню про веру в зеленых человечков и приглашает президента уфологического общества Бориса Шуринова (видимо, надеясь ,что тот отмочит такое, на фоне чего дебильность Шрайбера будет не столь заметна).
Черта с два!

Шуринов, для начала четко расставляет точки над i : «Для меня нет необходимости в боге. Проблема Дарвина второстепенна. Эволюцию нет причин пересматривать – она вполне обоснована». Дальше он дает официальное определение UFO (НЛО): «летающие объекты, неподконтрольные гражданским и военным службам и демонстрирующие не известную на Земле технологию».

Ведущий пытается перевести разговор в область мистики – типа, что зеленые человечки, что бесы, все это такая тонкая материя…

Шуринов моментально его осаживает: «Разве я похож на человека, изучающего бесов? Надо опираться на факты ,на документы».
После этого демонстрируется довольно известный фрагмент фильма, в котором, как считают некоторые, показано вскрытие трупа инопланетянина. Шуринов спокойно объясняет, что фильм датируется 1947 г., и рассказывает о методах экспертизы кинопленок.
Для ясности скажу свое мнение: я ни фига не верю в то, что на этой пленке – какой-то инопланетянин. По-моему – это тело человека, подвергшееся высокотемпературному воздействию без доступа кислорода (возможно – пилот военного самолета, потерпевшего аварию на большой высоте). Но выяснение истины в этом вопросе все равно не помешало бы. В конце концов, существование инопланетян никаким наукам не противоречит, а даже наоборот – полное отсутствие братьев по разуму во вселенной было бы странно с научной точки зрения.

Видимо, примерно такого же мнения придерживается социолог Гилинский. Когда Малахов спросил, как Гилинский оценивает эти уфологические дела с инопланетянами, тот спокойно ответил: «Почему бы и нет». Воспользовавшись предоставленным словом, он добавил уже по теме передачи, что любое преподавание библейских представлений в школе противозаконно: статья 4 закона «о свободе совести» гласит «государство обеспечивает светский характер образования».

Трепло Дугин встрепенулся и завел фальшивую клерикальную шарманку, что: «светский – не значит атеистический», и, типа, раз не атеистический – то почему бы не преподавать по библии.

Депутат-дегенерат Савельев, желая поддержать своего собрата по фашизму, не впопад ляпнул: «у нас одна религия — православие».

Социолог Гилинский возмутился такой наглостью и дал короткую справку: «в России 60 конфессий, православных – 54%».

Поп Артемий начал дурить присутствующих данными опроса ВЦИОМ, по которым в России 70% верующих, из них 62% православных, 7% мусульман и 1,5% всех остальных. Будучи законченным кретином, Артемьев оказался не в состоянии ни сложить, ни перемножить проценты. В результате, вместо великодушно предложенных Гилинским 54% получил для своего православия 43,4%. Кроме того, у него, возникла призрачная неизвестная конфессия, к которой принадлежит 29,5% верующих в России. Вот что бывает с болтливыми и сущеглупыми попами, не знающими арифметики.
Наверное, Артемий наговорил бы еще много всякой фигни на свою голову, но у Малахова вышло время. Со словами «у нас многоконфессиональная страна», он закончил передачу.

Занавес.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Вы можете использовать эти HTMLтеги и атрибуты:

<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>